На Apple TV+ вышел «Мэйдэй» — комедийный боевик о том, как во время холодной войны на советской территории приземляется американский военный летчик в исполнении Райана Рейнольдса. Партнером звезды «Дедпула» на сей раз стал британец Кеннет Брана, который сыграл бывшего офицера КГБ. О том, как авторы недавних «Подземелий и драконов» воскрешают дух «Красной жары», рассказывает «Лента.ру».
На фюзеляже самолета Троя Келли (Райан Рейнольдс) выгравировано прозвище Assassin, а сам пилот не без оснований считает себя лучшим в американской военно-морской авиации. За бортом 1987 год, так что первым делом у Троя — самолеты. Единственная женщина в его жизни — это родина, а сам он стоит на переднем рубеже обороны от красной угрозы. Отец (Дэвид Морс) тяжело болен, но к перспективе не увидеть внуков тоже относится с пониманием, поскольку всю жизнь прослужил на верфи, где испортил себе здоровье из-за асбеста. По совокупности всех этих жизненных обстоятельств Троя и выбирают для сверхсекретной миссии в тылу врага. В компании другого такого же служаки (Луис Канселми) ему надо пролететь над территорией СССР и сделать снимки мест, где, предположительно, расположены военные объекты. Вылет идет не по плану: самолет сбивают. Придет в себя Трой уже посреди тайги, в избушке улыбчивого бородатого мужичка (Кеннет Брана).
- Дата выхода: 4 сентября
- Страна:США
- Продолжительность: 1 час 50 минут
- Режиссер: Джон Фрэнсис Дейли, Джонатан Голдштейн
- В ролях: Райан Рейнольдс, Кеннет Брана, Мария Бакалова, Марцин Дороциньский
Гостеприимный хозяин с сильным акцентом сообщает, что его зовут Николай Устинов, когда-то он служил в КГБ, но теперь все это в прошлом, так что бояться американцу нечего. Даже напротив: Ник (как Устинов настойчиво просит себя называть) обожает все американское — и особенно фильм «Лучший стрелок». Эту картину Ник смотрел десятки раз, несмотря на то что в ключевой момент оператор экранной копии пошел в туалет, не выключая камеру. Устинов с радостью зашил Трою ногу и готов предложить к его услугам 40 килограммов медвежатины и бочку свекольного самогона. Воспользоваться гостеприимством в полной мере американцу, разумеется, не грозит, поскольку по его следу уже идет зловещий кагэбэшник Волков (Марцин Дороциньский). К счастью, новый знакомый летчика тоже не забыл боевые навыки и без всякого трепета готов ломать руки, отправлять автомобили под лед и даже управляться с ядерной ракетой.
Кадр: фильм «Мэйдэй»
Боеголовка появляется в финальной части, которая максимально ярко иллюстрирует двойственность, заложенную в названии фильма. Mayday по-английски — «Сигнал бедствия», а по-русски — Первомай. Собственно, как и прозвищу главного героя (которое тоже получает не поддающееся переводу объяснение в третьем акте), этому слову лучше остаться в виде транслитерации «Мэйдэй».
Родословную этой нерядовой картины удобно вести от фильма «Подземелья и драконы: Честь среди воров». Ее режиссерами и сценаристами тоже стали Джон Фрэнсис Дейли и Джонатан Голдштейн, которые экранизировали знаменитую настольную игру Dungeons & Dragons с такой легкостью, будто все предыдущие попытки создания фильма по D&D не оборачивались для причастных к ним позором. Рецепт Дейли и Голдштейна внешне прост: шуточки-прибауточки, скрывающие уверенное владение приключенческой механикой, плюс с любовью собранный актерский ансамбль, возглавляемый голубоглазым протагонистом среднего возраста. В прошлый раз в этой роли выступал Крис Пайн, в «Мэйдэе» его сменил Райан Рейнольдс, но Пайн еще вернется в сиквеле «Подземелий».
Рейнольдс не только обладает ярким комическим дарованием, но и похож на Тома Круза, а это сходство очень важно в затеянной здесь реставрации духа комедийных боевиков сорокалетней давности
Первый же титр гласит: «1987, холодная война идет 40 лет». Дейли и Голдштейн не первые за год залезли в соответствующий раздел голливудского киноархива. Больше всего опытов в этом направлении было в сериалах — действие «Пони» и «Звездного городка» и вовсе разворачивались на нашей территории, но были и другие примеры. Однако ни в одном из этих проектов, пожалуй, не было столько неподдельной беззаботности, которая свойственна олдскульным фильмам типа «Лучшего стрелка» и «Красной жары». Оба служили ориентирами для Дейли и Голдштейна, и они этого не скрывают.
Основная интрига здесь заключается не в том, ждет ли Троя и Ника хэппи-энд, а в том, что и как авторы хотят сказать насчет дружбы десятилетиями враждующих народов
И здесь есть известные сюрпризы. Николай изучал Америку по скверным копиям голливудских фильмов и романтическим песням Брюса Спрингстина, но и готовность Келли защищать США от советской угрозы тоже, как выясняется, опирается на песню Стинга Russians. К счастью, бегство наперегонки с чекистами располагает к нескольким выразительным сценам, лучшая из которых разворачивается в другой избушке. Заметим, что кроме протокольной демонстрации русской хлебосольности героев здесь ждет встреча с демоническим мальчиком с таинственным именем Горго.
Кадр: фильм «Мэйдэй»
Способность отшутиться за полшага до превращения комикса в траспарант не раз и не два спасает «Мэйдэй» от провала в агитпроп. На руку играет и общая условность пространства, на сей раз явно умышленно выстроенная таким понарошечным образом. Трудно представить, что гостиница «Захолустная» или здешние представления о Красной площади (с памятником Ленину и какими-то портиками) всерьез претендуют на реконструкторскую достоверность.
Для ультрапатриотической общественности «Мэйдэй» наверняка будет сплошной красной тряпкой
На деле Дейли и Голдштейн совершают кое-какие серьезные шаги навстречу российскому зрителю — даже в сравнении с «Красной жарой». В конце концов, там Шварценеггер был всего-навсего милиционером, а здесь Кеннет Брана — целый кагэбэшник, хотя и свернувший в отставке на кривую дорожку поклонения чуждым ценностям. Добрый человек из Комитета — типаж, которым с известной опаской пользуются даже русские кинематографисты, так что от американцев этот жест стоит отметить особо.
Кадр: фильм «Мэйдэй»
Ну а кроме шуток, самое достоверное и точное в этом фильме — интонация, безошибочно резонирующая с соответствующими картинами 1980-х. При всех положенных шпильках в адрес идеологического противника это кино о том, что людям чином пониже командировского есть о чем поговорить и чему поучиться друг у друга. На этом уровне героев, в сущности, объединяет именно усталость от противостояния. Устранить его, как мы видим спустя 40 лет, не так-то просто, но «Мэйдэй» при помощи все тех же шуток-прибауток позволяет на пару часов поверить в эту возможность.