19 сентября исполнилось 40 лет со дня выхода в прокат «Синего бархата» — шедевра Дэвида Линча, который определил дальнейшую профессиональную жизнь режиссера и четырех исполнителей главных ролей, а заодно спас карьеру Денниса Хоппера. «Лента.ру» вспоминает обстоятельства создания удивительной картины, в которой сказочные мотивы переплетены с юношескими терзаниями, изнанкой американского мифа и медитацией над утраченной невинностью.
По словам Дэвида Линча, во время производства фильма его создатель может умереть дважды. Один раз, если картина провалилась, второй — если автор пошел на компромисс. Говоря проще, «продался». В качестве примера, как пережить лишь одну из этих смертей, Линч приводил фильм «Твин Пикс: Сквозь огонь»: «Он провалился, но сам я остался доволен сделанным». Ну а дважды умереть ему пришлось после выхода «Дюны». До этого карьера Линча шла вертикально вверх, а по смыслу напоминала путь его одногодки Стивена Спилберга.
- Дата выхода: 19 сентября 1986 года
- Страна: США
- Продолжительность: 2 часа
- Режиссер: Дэвид Линч
- В ролях: Кайл Маклоклен, Изабелла Росселлини, Деннис Хоппер, Лора Дерн
После череды короткометражек Линч за несколько лет снял свой полнометражный дебют «Голова-ластик» — бескомпромиссный, буквально рукодельный сюрреалистический шедевр. Следующим стал «Человек-слон» — куда более строгий, традиционный фильм, если оставить за скобками, что в его центре герой с нейрофиброматозом (в следующий раз такой персонаж появится в более или менее массовом кино лишь в нашем веке — в фильме Джонатана Глейзера «Побудь в моей шкуре»).
Кадр: фильм «Синий бархат»
Для «Дюны» легендарный продюсер Дино Де Лаурентис предоставил Линчу 40-миллионный бюджет и свободу в интерпретации исходного романа Фрэнка Херберта. Однако к финальному монтажу режиссера не допустили. Это, по его мнению, угробило картину, которая к тому же с треском провалилась в прокате и спровоцировала гнев фанатов книги.
Вернуться к жизни Линчу тогда помогли два обстоятельства. Первое — трансцендентальная медитация, которую режиссер практиковал дважды в день с 1973 года и до конца жизни. Второе — сценарий фильма «Синий бархат», который он вчерне закончил еще на съемках «Дюны».
Не секрет, что стартовой точкой для линчевских фильмов, как правило, служили образы, причем пригрезившиеся не ночью, а днем
Однако в данном случае это была услышанная как-то ночью заглавная песня, вызвавшая такие образы, как бесконечно зеленый луг и красные женские губы, увиденные сквозь автомобильное окно. Из этого видения и выросла история Джеффри Бомона (Маклоклен), который вернулся в родной захолустный Ламбертон после инфаркта, отправившего его отца на больничную койку. По пути из госпиталя Джеффри находит отрезанное человеческое ухо, которое относит в полицию, а затем начинает собственное расследование. Любопытство приводит его в гости к роковой брюнетке Дороти Вэлленс (Изабелла Росселлини) — певице из ночного клуба, состоящей в мучительной связи с негодяем Фрэнком Бутом (Деннис Хоппер). Помощницей Джеффри становится дочка начальника полиции Сэнди (Лора Дерн).
«Синий бархат» по праву считается первым подлинно линчевским фильмом, а значит, пересказ сюжета об этой картине сообщает совсем немногое
То же самое касалось и сценария, который целый ряд актеров отверг из-за исключительной мрачности и перверсивности. Последнее связано прежде всего с совместными сценами Дороти и Фрэнка — так подробно садомазохизм в голливудском кино до этого момента никто не показывал. Известно, что самый жесткий в этом смысле эпизод первого визита Фрэнка, за которым Джеффри наблюдает из шкафа, помог растопить лед между Росселлини и Хоппером и сопровождался непрерывным радостным смехом Линча из-за камеры.
Это была радость художника, играющего по своим правилам, причем эту возможность (вместе с правом окончательного монтажа) ему дал все тот же Де Лаурентис. Бюджет на сей раз был скромным — всего четыре миллиона долларов. Потом он вырос до шести миллионов, а в прокате «Синий бархат» собрал чуть более восьми с половиной. Учитывая моментальный культовый статус, финансовые потери были для продюсера незначительны.
Кадр: фильм «Синий бархат»
Несколько лет назад Вэл Килмер сообщил, что Линч предлагал ему роль Бомона, но он по молодости испугался и вскоре пожалел. Сейчас представить в этом качестве кого-то, кроме Маклоклена, так же сложно, как и в образе застрявшего в другом захолустье агента Дейла Купера. В «Дюне» это еще не так бросалось в глаза, но в «Синем бархате» актер стал безупречным альтер эго постановщика, переняв его мимику, ритм речи и манеру застегивать рубашки до самой верхней пуговки. В Маклоклене Линч нашел неподдельные чистоту и открытость, которые служат идеальным фоном для всплывающих со дна души темных фигур.
Для Линча, который всю жизнь занимался живописью, игра света, тени, цветных пятен и есть тема творчества — во всяком случае, в музыкальном, джазовом смысле. В рафинированном виде она была заявлена уже в короткометражках и «Голове-ластике», но в полную силу раскрылась в сочетании с американской мифологией. Для ее создания и подсветки Линч сделал немало, и «Синий бархат» стал началом этой работы.
Ламбертон — это первый истинно линчевский город, вымышленный (снимали в Уилмингтоне, Северная Каролина) и стопроцентно узнаваемый, уютно застрявший между сороковыми и восьмидесятыми
Место, где именно эти герои могут свободно проявить всю свою странную хрупкость. Джеффри Бомона Линч сравнивал с героями подростковых детективов типа братьев Харди, но можно пойти и дальше, сказав, что Америка Линча по прямой наследует Америке Марка Твена, в которой трагедия так же крепко связана с иронией и чуть пьянящим абсурдом. Том Сойер из Маклоклена, пожалуй, так себе (на эту роль скорее годится Лора Дерн), а вот Гекльберри Финн — вполне себе.
Собственно, «Синий бархат» — это фильм именно для детей и юношества, во всяком случае с точки зрения набора мотивов, которые складываются в медитацию над самим понятием невинности. Согласно Линчу, ее утрата неизбежна, но в то же время вполне обратима — при условии принятия тайны и двойственности, свойственных реальности. Росселлини вспоминает, как режиссер объяснял: заходя в комнату, ты моментально считываешь атмосферу и настроение тех, кто там находится, но никогда не сможешь полностью предугадать их поведение.
Умение разглядеть тайну жизни в самых обыденных явлениях — это вообще очень линчевское свойство
Важно, кстати, что ни для кого из исполнителей главных ролей «Синий бархат» не был просто работой. Лора Дерн ради этой роли бросила учебу и вплоть до возвращения в «Твин Пикс» считала себя олицетворением присущей Линчу веры в волшебный идеал. Другой сказочный мотив воплощает Дороти Велленс. Здесь и пресловутый бархат, напоминающий оперение синей птицы (особенно на титрах, фон для которых Линч изготовил собственноручно), и имя, вроде бы унаследованное от героини «Волшебника страны Оз».
Добавим к этому, что сам режиссер, как какая-нибудь Добрая Фея Запада, носился между площадками на велосипеде, украшенном ленточками, а на подоконнике в офисе держал стаканы с пророщенными картофелинами
Изабелла Росселлини до Дороти Велленс снялась лишь в одном фильме, а после «Синего бархата» стала музой режиссера, ради которой он развелся со второй женой Мэри Фиск. Линч рассказывал, что при знакомстве с Изабеллой он первым делом сравнил ее с Ингрид Бергман, не зная, что Росселлини действительно ее дочь.
Кадр: фильм «Синий бархат»
Наконец, Деннис Хоппер к середине восьмидесятых закончил лечение от разнообразных зависимостей, но не питал особенных надежд на восстановление репутации, разрушенной лихими семидесятыми. Роль Фрэнка Бута Линч предлагал нескольким актерам, но никто не соглашался. Это вообще был наиболее проблемный, пугающий образ в сценарии. По словам Линча, Бут — это человек, которого знает каждый американец, даже если никогда не рискнет подать ему руку. От идеи предложить эту роль Хопперу режиссера отговаривали, но потом Деннис позвонил сам и сказал, что должен сыграть эту роль, потому что он и есть Фрэнк Бут.
«Это хорошая новость, но и плохая», — ответил Линч и без колебаний утвердил Хоппера
«Деннис совершенно прекрасен в сцене, где плачет, слушая пение Изабеллы. Он бунтарь и романтик, в нем живет дух пятидесятых — эпохи, когда крутые парни не скрывали слез. Сегодняшние мачо не плачут, и это ложь, но в пятидесятые никому в голову не приходило смеяться над мужиком, который плачет, а затем идет спускать с кого-нибудь шкуру», — так Линч объяснял свой выбор в книге «Комната снов», написанной в соавторстве с Кристин Маккеной.
Это все та же игра солнца с сумраком — очарование романтикой старого Голливуда и отказ закрывать глаза на изнанку этой разноцветной жизни, которая ничему не противоречит, а, напротив, создает объем и глубину
Для Линча принципиально отсутствие морального императива — это именно, что игра, а не борьба добра со злом. Суть игры в том, что победа в ней никогда не является окончательной, и эта двойственность есть в каждом из следующих линчевских проектов и во всех его героях. Всем им Линч подарил что-то от себя. Например, подонку Фрэнку Буту — кусочек псевдонима Джудас Бут, которым требовал подписать телеверсию «Дюны». Впрочем, самый известный обладатель этой фамилии (которого и имел в виду режиссер, сочиняя псевдоним) — убийца Абрахама Линкольна Джон Уилкс Бут.
В линчевской мифологии существует понятие «проклятия «Твин Пикс»», согласно которому карьеры главных актеров сериала после его закрытия с разной скоростью покатились под откос.
Благословение «Синего бархата» вполне может служить противовесом в этой конструкции: поскольку дела у всех причастных к этой картине, напротив, пошли в гору
После одного из предпремьерных показов зрители были разъярены, а знаменитый критик Роджер Эберт (последовательно ненавидевший все фильмы Линча) требовал чуть ли не отдать режиссера под суд за издевательства над актрисой. Прозорливый Де Лаурентис, послушав и почитав все это, пришел к выводу, что большинство критиков фильм полюбит, так что и зрителям придется с ним ознакомиться. Так и вышло: рецензию Эберта уравновесила публикация равновеликой в профессиональной среде Полин Кейл, в которой она назвала фильм «раскованным шедевром сновидческой логики».
За «Синий бархат» Линч получил вторую номинацию на «Оскар» — проиграл Оливеру Стоуну, но за кулисами получил поцелуй объявлявшей победителя Элизабет Тэйлор
Деннис Хоппер вернул себе репутацию и создал галерею живописных психопатов, среди которых отметим того, что действует в «Придорожном заведении», где его партнерами стали тоже не чужие Линчу Лара Флинн Бойл и Николас Кейдж. Росселлини снялась в «Диких сердцем» и прожила с Линчем до начала девяностых. Сегодня она остается олицетворением кинодивы, осеняя неуловимым мистическим духом любую свою работу — вплоть до недавней и очень линчевской по духу «Красоты» Райана Мерфи.
С Росселлини, кстати, связан и еще один важный для «Синего бархата» сюжет — на этом фильме Линч познакомился с композитором Анджело Бадаламенти. Его пригласили, чтобы аранжировать для скромных вокальных данных Росселлини заглавную песню, и он справился с этой работой так изящно, что актрису потом годами звали выступать на музыкальных вечерах.
Еще одним ключевым номером в картине стала песня Mysteries of Love. Изначально на этом месте должна была быть другая композиция, но с ней возникли сложности, так что Линч написал на бумажке текст и попросил Бадаламенти cочинить под него музыку. Композитор со смехом вспоминал, что увидел худшую песенную лирику за всю жизнь, но работу выполнил. А спела Mysteries of Love молодая Джули Круз, которая в дальнейшем озвучила «Твин Пикс» и благодаря этим работам получила контракт c Warner Bros.
Кайл Маклоклен и Дэвид Линч на съемках фильма «Синий бархат», 1986 год
Бадаламенти и Лора Дерн стали постоянными соучастниками линчевских проектов, а вот с Маклокленом после «Твин Пикса» режиссер не разговаривал много лет. Все девяностые и нулевые оба провели в разной степени осиротевшими. Линч лишился своего экранного двойника, а герои Маклоклена на два с половиной десятилетия стали приземленнее. Однако в середине 2010-х Маклоклен единственный из всей съемочной группы получил полный сценарий третьего сезона «Твин Пикс», в котором сошлись герои со всех концов линчевской вселенной. Был там и свой клуб, где каждый вечер со сцены звучали песни, а крутые парни по обе стороны экрана не боялись пустить слезу.